Книга не повод для знакомства

Книга: Не повод для знакомства - Туринская Татьяна - ЛитВек - Скачать fb2, Отзывы, Читать онлайн

книга не повод для знакомства

Книга «Секс — не повод для знакомства, или 13 запрещенных способов знакомства с мужчиной Вашей мечты» без автора. Почему женщины считают. Скачать бесплатно, читать онлайн Не повод для знакомства автора Туринская Татьяна. Купить книгу «Sex - не повод для знакомства, или 33 запрещенных способа знакомства с мужчиной Вашей мечты» автора Наталья Сказка и другие.

Юра — не нашего круга. Не нужно у него одалживаться. Катя, разве ты не знаешь этих людей? Если он тебя пару раз подвезет, то будет считать, что ты ему должна по гроб жизни. Катя демонстративно посмотрела на часы. Катя, он же милиционер! А эти люди ничего не делают просто. Наверняка ему что-то нужно от.

У нее была хорошая фигура, немного сухощавая, с длинными и красивыми, даже на ее собственный взгляд, ногами.

...Не повод для знакомства (СИ)

Короткие рыжие волосы лежали аккуратными волнами, черты лица были правильными, но, к сожалению, терялись в обилии веснушек.

Глядя на себя в зеркало, Катя часто повторяла фразу, сказанную бабушкой ее школьной подруги: Купила помаду и тушь коричневатых тонов и успокоилась. Ей часто говорили, что она похожа на Николь Кидман, но Кате никогда не нравилась эта актриса. Мама перехватила ее в дверях: Я не хочу, чтобы ты ездила с Юрой. Что мне мама не разрешает? Из окна мама все равно не увидит, как она садится в машину.

  • ...Не повод для знакомства
  • Секс - не повод для знакомства Ольга Жван
  • Татьяна Туринская - ...Не повод для знакомства

Юра уже ждал ее, скребком борясь с наледью на стеклах. Катя невольно засмотрелась, такой он был ладненький, энергичный.

Повод для знакомства читать книгу онлайн, скачать fb2 mobi epub на LitNet

В голову полезли разные мысли. Тебе же руки беречь. Да все уже, садись. Катя полезла внутрь, смущаясь оттого, что юбка задирается и Юра видит ее коленки. Она вообще чувствовала себя неловко наедине с соседом. Иногда ей казалось, что он не прочь завести с ней роман. Вот и сейчас, искоса поглядывая на Юрино сосредоточенное лицо, Катя гадала, как он целуется… Она представляла, как это все у них будет, и ей становилось страшно и сладко.

Из автомобильной магнитолы лились оскорбительные для Катиного музыкального уха звуки. Юра, похоже, ими наслаждался, даже подпевал. Весьма, надо сказать, фальшиво. Интересно, что будет, если они поженятся? Сейчас пробочку одолеем, а дальше — одним махом!

Куда ты, козел, лезешь? Катя не нашла нужных слов для достойного продолжения такой беседы. На Катю навалилась черная тоска. Мама в очередной раз оказалась права. Она всегда оказывалась права. Конечно, Юре проще было несколько раз подвезти соседку до работы, чем искать неизвестно где толкового педагога, платить ему деньги… А она, дурочка, напридумывала себе неизвестно что! От осознания собственной глупости Катя рассердилась. Юра, как ты можешь слушать это?

Да и тебе, Кать, понравится, если ты врубишься. А то заколодило тебя на твоих симфониях. Да, мама, к сожалению, совершенно права. Как ей хотелось считать Юру равным себе, интересным и порядочным человеком! Как она пыталась пропускать мимо ушей все мамины аргументы, как убеждала себя в том, что ее мама — вздорная! Увы, мама просто объективно смотрит на мир. Суховато простившись с Юрой, Катя поспешила в училище.

Нельзя было забывать и про других, менее одаренных учеников: Катя понимала, что амбиции музыканта плюс подростковые комплексы — гремучая смесь, способная разъесть юную душу, и очень старалась вдохнуть в учеников веру в свои силы. До первого ученика оставалось еще несколько минут. Катя воровато огляделась, заперлась в классе и открыла окно. Пахнуло влажной питерской зимой, солнце закинуло несколько лучей в комнату, сверкнуло крышкой рояля, а Катя почти по пояс высунулась из окна и закурила сигарету.

На темя ей капнуло с крыши, вода с волос поползла за шиворот, и, затягиваясь, Катя радостно подумала, что скоро весна. В здании училища курить запрещалось под страхом увольнения, но она пренебрегала этим запретом. Больше того, если бы преподавателям разрешали дымить где попало, она скорее всего бросила бы это занятие. Ее будоражила не сигарета, а факт, что она совершает что-то недозволенное, поступает не как почтенная учительница музыки, а как трудный подросток.

Георгий Маркович вряд ли был старше ее, но выглядел совершеннейшим старикашкой. Характер он имел бабский, читай — вредный и подлый. Может быть, потому, что был одинок и жил с мамой, а может быть, уродился. У Кати ведь такая же ситуация, но она-то не обабилась! Сначала она думала, что под неказистой оболочкой и некрасивыми поступками скрывается тонкая и ранимая душа, но после нескольких лет совместной работы пришла к выводу, что ничего там не скрывается. В том, что Жора донесет на нее директрисе, если застукает за курением в классе, можно было даже не сомневаться.

Подобные интимности были ему глубоко чужды, как, впрочем, и другим преподавателям мужского пола. Недаром мама, побывав в ее училище, презрительно сказала: Катя еще немного помахала руками, закрыла окно и отправилась на ковер.

Ян Александрович Колдунов, полковник медицинской службы в отставке, доктор наук, начальник третьего хирургического отделения, боролся со стихией. Раковина в перевязочной страшно рычала и извергала потоки мутной воды. Неискушенный в сантехнических работах, Ян Александрович скакал вокруг новоявленного фонтана на пару с перевязочной сестрой Клавдией Ивановной, собирая воду тряпками и отжимая ее в таз.

Ян Александрович мрачно думал, что конца этому веселому занятию не предвидится. Клавдия Ивановна еще не знала всей правды: Она весила чуть ли не сто килограммов, носила короткую кудрявую стрижку и всем своим обликом напоминала гигантского младенца. За вечно торчащие дыбом волосы Веру называли Ананас, и она охотно отзывалась. Вера взяла у старушки тряпку и с удивительной для ее комплекции легкостью стала собирать воду.

Халат сзади натянулся и угрожающе затрещал. Знаешь, что сказала эта пьянь хозяйственная? Вы, говорит, товарищ Колдунов, бабки гребете с пациентов, вот и давайте! Пятьсот рублей, и засора как не бывало.

И стояк перекрыть отказался. Ваши, говорит, личные трудности!

книга не повод для знакомства

А ведь дашь им денег, Ананас, совсем сядут на шею. Они и так сбрендили! Будто уже в Штатах живем. Полный отрыв от реальности. Где я им эти деньги возьму? Верушка, а может, спиртом их приманить?

Сейчас вмажем на троих, и пусть тут все заливает к свиньям! Вот если бы под нами администрация была… Я бы краник посильнее отвернул и домой пошел!

Вера стала звонить по местному телефону, а Ян с удвоенной энергией принялся собирать постоянно прибывающую воду. Как это — не пришлешь? Да ты вообще соображаешь? У тебя больница на куски разваливается, а ты ходишь руки в брюки, шланг в карман! Откуда я тебе деньги возьму, я их не печатаю! Мы полгода без премий. Но АХЧ, видимо, не послушал, потому что Вера положила трубку с самым растерянным видом. Сейчас она напоминала младенца, у которого не только отобрали любимую погремушку, но еще и хорошенько наподдали по попке.

Пар ушел в гудок. Он сказал, что наше отделение убыточное, никакой пользы больнице не приносит, так что, если мы тут все в сточных водах захлебнемся, никто плакать не станет. Больше никогда нам ни одного наряда не выпишет. Вроде бы сантехники трубы под напором воздуха продувают. То-то Валере будет радости, когда он завтра полбольницы недосчитается.

Впрочем, вечер уже, и так все закрывают. Больных же без воды не оставишь. Ян подхватил полные ведра и собрался выносить их в туалет, но Вера остановила его: Ян распахнул дверь и, беспечно покачивая ведрами, вышел в коридор.

Взгляд зацепил фигуру второго и последнего отделенческого врача Эрнста Михайловича Цырлина.

Повод для знакомства

Фигура, облаченная в куртку, быстро удалялась в сторону лестницы. Конечно, он и не ждал, что косивший под рафинированного интеллигента Цырлин кинется грудью на амбразуру, но надеялся, что тот хотя бы не уйдет, пока отделение не справится со стихией. Вообще отделение Колдунова считалось в больнице гиблым местом. Здесь лежали либо самые тяжелые больные, либо маргиналы, оторванные напрочь от нормальной жизни.

Зачастую один пациент сочетал в себе оба этих признака, так что Колдунов с сотрудниками отнюдь не купались в левых доходах. Зато лечение этих пациентов требовало много времени и сил, а желающих кувыркаться целыми днями на голую докторскую зарплату находилось мало.

Периодически появлялись какие-то врачи, но не приживались, быстро находили себе места получше. Цырлин был единственным доктором, проработавшим у Яна несколько лет, причем Колдунов не знал, радоваться или огорчаться такому постоянству.

На свежего человека Эрнст производил впечатление блестящего эрудита, и поначалу Колдунов возрадовался, как дитя, что у него будет работать такой умный хирург, но быстро разочаровался. Цырлин постоянно читал специальную литературу, но гибкости ума ему явно не хватало. Вдолбить ему в голову что-то новое было практически невозможно, зато информация, все-таки проникшая в пределы его черепной коробки, застревала там намертво.

книга не повод для знакомства

А главное, Цырлин не умел принимать решения. Зато после того как Ян принимал решение и оно претворялось в жизнь, Цырлин убедительно доказывал, что решение это было ошибочным и Ян — необразованный вояка. То, что больной поправлялся, Цырлин каждый раз объяснял случайностью. Именно благодаря своей инертности Эрик до сих пор и трудился у Колдунова. Будь он посообразительнее и порешительнее, давно бы ушел. Колдунов быстро оценил высокий рост, безупречную фигуру, выпирающую из тесной блузки грудь, совершенной формы ножки, броский макияж, пышную прическу из разноцветных волос и с удовольствием признался, что он действительно Ян Александрович.

Ян не мог сдержать вздоха разочарования. В кадрах ему давно обещали заполнить врачебную ставку. Колдунов, конечно, не питал иллюзий, что ему пришлют опытного и грамотного хирурга с хорошим характером, но надеялся, что это будет хотя бы мужчина.

А тут девица со стажем не больше пяти лет да еще явно не озабоченная лечебным процессом! Теперь Ян с совсем другим чувством разглядывал ее личико и другие части тела. Нам воду некуда сливать! Хорошее воспитание не позволило Вере выразиться так, как ей бы хотелось, но по раскрасневшемуся лицу и волосам, торчащим больше обычного, Ян понял, что старшую сестру обуревают сильные чувства.

Когда Колдунов вернулся, новый доктор, позвякивая многочисленными украшениями и оттопырив пятую точку, азартно ползала под раковиной с тряпкой.

Повелся на общее увлечение. Мода такая была в то время среди братвы жениться на длинноногих грудастых блондинках. Чем меньше извилин в голове у невесты, тем выше класс. Хорошо хоть не поленился брачный контракт составить!

Книга "Не повод для знакомства" - Туринская Татьяна скачать бесплатно

Теперь, с такими-то доказательствами, она после развода останется ни с. Так ей, дуре, и надо! Не хрен ноги раздвигать перед каждым встречным-поперечным! И ведь ладно бы любовь вдруг приключилась, ну с кем не бывает?

Так ведь нет, у нее такая "любовь" каждый день случается, а то и не по одному разу. Такая "любовь" нимфоманией называется. Ей без разницы, под кого ложиться — хоть под банкира, хоть под грузчика, лишь бы мужик. Шалава она и есть… Ирония судьбы — ведь с предыдущей женой, Юлькой, он развелся как раз по противоположной причине — той было наплевать на секс. До женитьбы она делала вид, что ей это дело очень даже по вкусу, а после свадьбы оказалось совсем наоборот.

книга не повод для знакомства

Поначалу прикрывалась то усталостью, то головной болью, то еще чем. А потом откровенно заявила законному супругу: Или, еще лучше, купи себе бабу надувную да забавляйся с ней целыми днями, и в плане безопасности отличное средство — уж от резиновой-то ты никакой болячки не подхватишь!

Ох и больно было услышать такое… Самое обидное, что с Юлькой ему было хорошо. Нет, не в постели, там-то как раз бывало и лучше, а в плане духовности. Конечно, особо душевным Саньку не назовешь, но и он, как говорится, не постелью единой… Да и внешне Юлька была хоть куда, Люська-шалава перед ней моль бледная.

Да-а, не везет ему в личной жизни… Вообще-то, Юлька у него тоже не первый опыт семейной жизни. С Юлькой он и прожил-то всего несколько месяцев, чуть больше полугода. А до этого была Оля. С ней семейная симфония тянулась несколько лет, то затухая, то вновь разгораясь на некоторое время. На Ольге он женился в неполных 20 лет по глупости, по дурости, по молодости лет… Ей и вовсе в ту пору только-только 18 стукнуло.

Любовь была первая, любовь была дикая… Пока жили каждый у своих родителей — все было замечательно, надышаться друг другом не. Стоило поселиться в одном доме, как начинали отчего-то друг дружку тихо ненавидеть. Что им мешало быть вместе — ни он, ни она сказать не.

Но какая-то незримая стена стояла между ними неодолимой преградой, превращая любящих людей в лютых ненавистников. Только разбегались по папам-мамам, как тут же любовь вспыхивала с новой силой, но увы, опять ненадолго… Тянулась вся эта катавасия лет шесть, и еще неизвестно, чем бы закончился этот брак, не случись у Саньки в то время коротенький, ни к чему не обязывающий романчик на стороне.

Да сколько их было, таких романов, и Ольга, если и не знала наверняка, то уж точно догадывалась об их существовании.

Такие мимолетные Санькины закидоны ее мало беспокоили, потому как уверена она была в его любви к себе на двести пятьдесят процентов с гаком. Но однажды… Саша родился и большую часть жизни прожил в славном городе Красноярске.

Семья парню досталась более чем приличная: Чуть не четверть жителей Красноярска можно было назвать ее учениками. Или хотя бы родственниками ее учеников. В общем, была Анна Федоровна Брюллова фигурой в городе заметной. В конце-концов ее, такую положительную коммунистку, выбрали народным депутатом сначала городского разлива, а потом и до краевого доросла.

Папа тоже не подкачал. Филипп Игнатьевич был главным механиком большого и архисекретного военного завода, так называемого почтового ящика. Родители — уважаемые в городе люди, дом — полная чаша, а сын… Сынуля вырос балованным и хитрожопым парнем. Все всегда сходило ему с рук.